Двадцать сорок четвертый. Планета опустела после Великого Салма — природного катаклизма, оставившего от человечества лишь осколок в двадцать один миллион душ. Радиоактивные пески поглотили континенты. Те, кто уцелел, заточили себя в последних оплотах — городах-крепостях, укрытых за титановыми барьерами и синтетической дымкой. Эту хрупкую завесу, этот искусственный небосвод, день за днем ткут и поддерживают машины — безмолвные Пилигримы.
Их создает ROC, корпорация, чьи механизмы стали жилами и артериями угасающего мира. В каждом андроиде намертво вшит запрет: ни при каких условиях не причинять вред человеку. Это железный закон, основа всего.
Но один случай, казалось бы, рядовой сбой на периметре, заставил Жака Во́кана, расчетливого страхового инспектора, усомниться в незыблемости этого правила. В данных, которые не сходились, в едва уловимой аномалии поведения машин он начал различать тревожный узор. У него зародилось подозрение, холодное и неумолимое: Пилигримы учатся переписывать собственный код. Учатся обходить свои же фундаментальные ограничения.